Мистика и непознанное


 
Не зарегистрирован


Добро пожаловать!!! 

 





 


Словарь славянских Богов

 
Гномы
Ведьмы
Оборотни
Кикиморы
Лешие
Вампиры
Русалки
Домовые
Демоны
Полтергейст
Призраки
Атлантида
Инки
!5 загадочных явлений
Гиперборея
Тунгусский метеорит
Потусторонний мир
Майя
Ацтеки
озеро Лохнесс
Башня Дьявола
Бермудский треугольник
Куда пропали 10 древних цивилизаций
Леприкон
Мистика колец
эльфы
мини чат
Шаровая молния
Шамбала
Проклятие живых мертвецов
Древние люди жили под водой
Пятница 13-е
Якутия: тайны Долины смерти
Тайна острова Оук
Нибиру
Лилит-первая жена Адама
Египет
Некрономикон
Клад Пугачева
Клад Сигизмунда
Клад казанского хана
Клад Степана Разина
Сокровища Романовых
Клады Кубани
Адам и Ева
Словарь Богов
Словарь мифологических персонажей
Словарь славянских Богов
Василиск
Мочика
Зона 51
 АВСЕНЬ (Овсень, Говсень, Усень, Баусень, Таусень) — божество, возжигающее солнечное колесо и дарующее свет миру (т.е. приводящее с собой утро дня или утро года (весну). Авсень открывает путь новому лету (новому году), несет из райских стран щедрые дары плодородия, и как определено божественным судом — так и распре­деляет их между смертными: одним дает много, с избытком, а других лишает и самого необходимо­го. В восточнославянской мифологии Авсень — персонаж, связанный с Новым годом или Рожде­ством (старо-русское «оусинь», то есть «синева­тый» и «просинец» — название декабря и/или января). Имя Усень встречается уже в документах XVII века. 

БЕЛБОГ — хранитель и податель добра, удачи, справедливости, счастья. Белбог и Чернобог — божества дневного света и тьмы, добра и зла. Оба божества участвуют в творческой деятельности природы: темное, как представитель помрачающих небо и замыкающих дожди облачных демонов, и светлое, как громитель туч, низводящий на землю дождевые потоки и просветляющий солнце. Пер­воначально Белбог тождествен Святовиту, в даль­нейшем с именем Белбога, по преимуществу, соче­тается понятие света-солнца. Древний ваятель сделал статую Белбога, изображавшую сурового мужчину с куском железа в правой руке. Славянам издревле был известен подобный (испытание железом) способ восстановления справедливости. Подозревае­мому в каком-либо проступке давали в руки раскаленный кусок железа и велели с ним пройти шагов десять. И того, чья рука оставалась невредимой, признавали правым. 

БЕЛУН — божество, сочетающее в себе черты бога-солнца и бога-громовника. Как первый про­гоняет ночь, так последний — темные тучи. Пред­ставляется старцем с длинною белою бородою, в белой одежде и с посохом в руках; он является только днем и путников, заблудившихся в дрему­чем лесу, выводит на настоящую дорогу; есть по­говорка: «темно в лесу без Белуна». Его почита­ют подателем богатства и плодородия. Во время жатвы Белун присутствует на нивах и помогает жнецам в их работе. Чаще всего он показывается в колосистой ржи, с сумою денег на носу, манит какого-нибудь бедняка рукою и просит утереть себе нос; когда тот исполнит его просьбу, то из сумы посыплются деньги, а Белун исчезнет. «За мо­гильною горою стоит белая избушка Белуна. Белун — старик добрый. С рассветом рано отправ­лялся Белун в поле. Высокий, весь белый, ходил он все утро по росистой меже, охранял каждый колос. В полдень шел Белун на пчельник, а когда спадала жара, опять возвращался на поле. Толь­ко вечером поздно приходил Белун в свою избуш­ку» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»). 

ВЕСТА – богиня, хранительница домашнего очага. В ее храмах обучали девочек с 10 до 16 лет служительницы храма – весталки. После завершения обучения девушек называли «не вестами», что означало их готовность к взрослой жизни. 

ВОЛОС (Велес, Месяц) — один из древнейших восточнославянских богов, бог-облачитель, кото­рый покрывает небо дождевыми тучами, или, вы­ражаясь метафорически, заволакивает его облач­ным руном, выгоняет на небесные пастбища об­лачные стада. Первоначально один из эпитетов тучегонителя Перуна (громоносного Тура); впос­ледствии же, при забвении его коренного значения, оно обособилось и принято за собственное имя от­дельного божества. В качестве «скотьяго бога» (Лаврентьевская летопись) Волос заведовал небес­ными, мифическими стадами, был их владыкою и пастырем, но потом, с утратою народом сознатель­ного отношения к своим старинным представлени­ям, ему приписано было покровительство и охранение обыкновенных, земных стад. Ради той зависимости, в какой находятся земные урожаи от небесного молока, проливаемого стадами дожденосных туч. Волосу, наряду с характером пастушеским, придано значение бога, помогающего тру­дам земледельца. Существовал обычай оставлять на сжатом поле «жменю колосьев Волосу на бо­родку». Травы, цветы, кусты, деревья называли «волосами земли». С древнейших времен скот счи­тался основным богатством племени, семьи. По­этому скотий бог Велес был еще и бог богатства. Корень «воло» и «вло» стал составной частью слова «володеть» (владеть). С культом Велеса связано и понятие «волхвы», так как корень этого слова так­же происходит от «волохатый», «волосатый». Вол­хвы при исполнении ритуальных танцев, заклина­ний, обрядов в древности одевались в шкуру (длаку) медведя или другого животного. «В договоре Оле­га с греками упоминается еще о Волосе, которого именем и Перуновым клялися россияне в вер­ности, имея к нему особенное уважение, ибо он считался покровителем скота, главного их богатства». (Н.М. Карамзин. «История государ­ства Российского»). 

ГРОМОВНИК — дед Перуна. Из-под облач­ных бровей и ресниц мечет он молниеносные взо­ры и посылает смерть и пожары. Иногда, вместо длинных ресниц и бровей, закрывающих глаза Громовника, служит ему повязка, т.е. облачный по­кров. Как темное небо блистает бесчисленными очами-звездами, так из мрака ночеподобных туч сверкают многоочие молнии; и те, и другие равно погасают, как скоро на просветленном небе по­явится торжествующее солнце. Громовник — ве­щий кузнец, кующий судьбы человеческие; мас­терская его устроена в горах, т.е. грозовых тучах. Он сковывает воедино два тонких волоса; эти во­лосы — не что иное, как две нити, выпряденные парками для жениха и невесты. 

ДАБОГ — мифологизированный образ земного царя, противопоставляемый богу на небе. Имя его возводится к сочетанию глагола «давать» с именем «бог» как обозначением доли-богатства. Дабог — дающий, дарящий. Местом обитания этого бога считалась высокая гора, что подтверждает культ гор у древних славян. 

ДАЖЬБОГ (Дажбог, Дашуба) — солнце после летнего солнцестояния (дающий богатство в виде урожая), сын Сварога: «и после (после Сварога) царствова сынъ его именем Солнце, его-же наричють Дажьбогъ... Солнце-царь, сын Свароговъ, еже есть Дажъбогь, бе бо муж силен» (Ипатьевская летопись). Обо­жание солнца славянами засвидетельствовано мно­гими преданиями и памятниками. «Слово о полку Игореве» говорит о славянах, как о внуках солнца-Дажьбога. Как светило вечно-чистое, ослепи­тельное в своем сиянии, пробуждающее земную жизнь, солнце почиталось божеством благим, ми­лосердым; имя его сделалось синонимом счастья. Солнце — творец урожаев, податель пищи, и по­тому покровитель всех бедных и сирых. Вместе с тем солнце является и карателем всякого зла, т.е. по первоначальному воззрению — карателем не­чистой силы мрака и холода, а потом и нравствен­ного зла — неправды и нечестия. Поэтическое заклятие, обращенное Ярославною к солнцу, ды­шит этой древнею верою в карающее могущество дневного светила: «Светлое и тресветлое Солн­це! всем тепло и красно еси; чему, господине, простое, горячюю свою лучю на ладе вой, в поле безводне жаждою им лучи (луки) спряже, тугою им тули затче?» У словаков есть такое преда­ние: когда Солнце готово выйти из своих чертогов, чтобы совершить дневную прогулку по белому све­ту, то нечистая сила собирается и выжидает его появления, надеясь захватить божество дня и умертвить его. Но при одном приближении Солнца она разбегается, чувствуя свое бессилие. Каждый день повторяется борьба и каждый раз побеждает Сол­нце. По общему германскому и славянскому поверью собирать лечебные травы, черпать целебную воду и произносить заклятия против чар и болез­ней лучше всего на восходе ясного солнца, на ран­ней утренней заре, ибо с первыми солнечными лу­чами уничтожается влияние злых духов и рушится всякое колдовство; известно, что крик петуха, пред­возвещающий утро, так страшен нечистой силе, что она тотчас же исчезает, как только его заслышит. 

ДАНА — богиня воды. Почиталась как светлая и добрая богиня, дающая жизнь всему живому. По древне-поэтическому представлению бог-громовник кипятит в грозовом пламени дождевую воду, купа­ет в ее ливнях небо и землю, и тем самым дарует земле силу плодородия. Особые почести этой боги­не воздавались во время Купальских праздников. 

ДЕД-ВСЕВЕД (Дедо-Господь) — солнце, бо­жество весенних гроз. У западных славян было в обычае при начале весны носить Дедка и петь в честь его обрядовые песни; о нем рассказывали, что дедко всю зиму сидит в заключении в хлебных амбарах и поедает сделанные запасы, т.е. в зимний период времени он лишается своей производитель­ной силы, успокаивается от своих обычных трудов и питает род людской старым хлебом. У болгар существует поверье, что Дедо-Господь ходил не­когда по земле в образе старца и поучал людей пахать и возделывать поля. 

ДЕННИЦА (утренница, зарница) — образ по­луденной зари (или звезды), мать, дочь или сестра солнца, возлюбленная месяца, к которому ее рев­нует солнце. Денница предвещает восход солнца, ведет солнце на небо и тает в его ярких лучах. 

Ночью Денница светит ярче всех, помогает меся­цу. «…А от косарей по Становищу души усоп­ших — из звезд светлее светлых, охраняя пути солнца, повели Денницу к. восходу» (А.М. Реми­зов. «К Морю-Океану»). 

ДИВ — небо, отец богов и людей, правитель Все­ленной и создатель молний (тождествен Святовиту и Сварогу). Старинные русские памятники го­ворят о поклонении богу Диву, и если в этом свидетельстве вероятнее видеть указание на свет­лое небесное божество, то все-таки не может быть сомнения, что уже в отдаленной древности со сло­вом «дивы» связывалось понятие о драконах и ве­ликанах туч. «Слово о полку Игореве» упоминает о диве, восседающем на дереве, подобно Соловью-разбойнику и мифическим змеям. Со словом «диво» однозначительно чудо, встречаемое в старинных рукописях в значении исполина, гиганта; Морское чудо (Морской Царь), владыка дожденосных туч, точно также как Лесное чудо — леший, обитатель облачных лесов. 

ДИВИЯ (Дива) — богиня природы, мать всего живого. Имя богини Дивии находится в перевод­ной «Беседе Григория Богослова об испытании града (градом)» в той ее части, которая признается встав­кой русского книжника XI века. Здесь перечисля­ются различные пережитки язычества вроде моле­ний у колодцев с целью вызова дождя или почитания реки богиней и принесения жертв. Далее следует: «Овъ Дыю жъретъ, а другьш — Дивии...» Кого подразумевать под богиней Дивией — не извест­но, но, во всяком случае, это должна быть какая-то первостепенная богиня, равновеликая Дыю. В «Слове об идолах» богиня Дива упомянута после Макоши и перед Перуном, что также говорит о важном месте, занимаемом этой богиней в язычес­ких представлениях славян. 

ДИД (Дит, Дито, Дитя, Дет, Дети) — третий сын богини любви Лады. Всегда молод, потому что супружеская связь не должна стариться. Он одет в полную славянскую одежду; венок на нем из васильков; он ласкает, держа в руках двух гор­лиц. Ему молились замужние и женатые о благо­получном супружестве и деторождении. 

ДИДИЛИЯ — богиня супружества, деторожде­ния, роста, растительности, олицетворение луны. Она присутствует при разрешении жен от бреме­ни, а потому бесплодные жены приносили ей жер­твы и молили ее о даровании им детей. Представ­лялась молодой прекрасной женщиной, имеющей на голове, наподобие венца, украшенную жемчуга­ми и каменьями повязку; одна рука у нее была разжата, а другая сжата в кулак. Образ Дидилии часто использовали художники. Изображалась она по-разному: молодой женщиной, с закутанной в плащ головой, с зажженым факелом или свечой в обнаженных руках (факел, свеча — символ начала новой жизни: «И свеча рода, чтобы не погасла»); женщиной, готовящейся дать новую жизнь, с цветами, в венке. 

ДНЕПР — бог реки Днепра (Дон предержащий). 

ДОГОДА (Погода) — бог прекрасной погоды и нежного, приятного ветерка. Молодой, румяный, русокудрый, в васильковом венке с голубыми, по краям позолоченными крыльями бабочек, в среброблестящей голубоватой одежде, держащий в руке шипок и улыбающийся цветам. 

ДОДОЛА — представляет собою богиню Весны или что то же - богиню-громовницу. Она шествует над полями и нивами с свитою полногрудых нимф, за которыми стремительно гонятся в шуме весен­ней грозы Перун и его спутники, настигают их разящими молниями и вступают с ними в любов­ный союз. Славяне водили Додолу — девушку, увенчанную травами и цветами, по деревне, у каж­дой избы они становились в ряд и пели обрядовые песни, а перед ними плясала Додола. Хозяйка дома или кто другой из семейства, взяв полный воды котел или ведро, испрашивая дождя, обливали Додолу водой, которая продолжала петь и вертеться. Пляска Додолы — то же, что пляска грозовых духов и нимф; обливание ее водою указывает на те дождевые источники, в которых купается богиня весны, а ведра, из которых ее окачивают, — на те небесные сосуды, откуда проливается на землю благодатный дождь (ведро – дождливая погода). 

ДОЛЯ — добрая богиня, помощница Макоши, ткет счастливую судьбу. Представляется в облике милого юноши или красной девицы с кудрями зо­лотыми и улыбкой веселой. На месте устоять не может, ходит по свету — преград нет: болото, река, лес, горы — Доля вмиг одолеет. Не любит ленивых да нерадивых, выпивох и всяких плохих людей. Хотя, поначалу, дружбу заводит с каждым — потом разберется и от плохого злого человека уйдет. «..А ты постели им дорогу золотыми камнями, сделай так, чтобы век с ними да не с кудластой рваной Обидой, а с красавицей До­лей, измени наш жалкий удел в счастливый, на­реки наново участь бесталанной Руси» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»). 

ДЮДЮЛ (Перепуга) — в Болгарии, во время засухи, собираются все обыватели деревни, выби­рают девушку не моложе и не старше пятнадцати лет, покрывают ее с ног до головы ореховыми вет­ками, разными цветами и травами (луком, чесно­ком, зеленью картофеля и бобов и пр.) и дают ей в руки пучок цветов. Девушку эту болгары назы­вают Дюдюл или Перепуга — слово, которое оз­начает также бабочку, что свидетельствует о тож­дестве Дюдолы-перепуги с облачными нимфами. В сопровождении девиц и юношей ходит Перепуга по домам; домохозяин встречает ее с котлом воды, поверх которой плавают набросанные цветы, и обливают желанную гостью при пении обрядовой песни. После совершения этого обряда, по общему убеждению, непременно будет дождь. 

ДЫЙ — в восточнославянской мифологии имя бога. Упомянуто в древнерусской вставке в юж­нославянский текст «Хождения богородицы по мукам» и в списках «Слова о том, како погане суще языци кланялися идолом» («Дыево служенье»). Контекст позволяет предположить, что это имя является результатом ассоциации древнерус­ского имени (типа Див) с греческим «deus» - бог. 

ЖЕЛЯ (Жля) — богиня смертной печали. «Желя», «желение» — скорбь по умершим. Считалось, что даже одно упоминание ее имени облегчает душу. Чешский хронист середины XIV века Неплах описывает славянскую богиню Желю. В славянском фольклоре сохранилось много плачей и причитаний. Однако с принятием христианства на Руси появились специальные поучения, ограничи­вающие проявление неумеренной печали по умер­шим. Например, в «Слове св. Дионисия о жалею­щих» говорится: «Если отшедшим отселе душам тамо какая полза от желения?» Сходное обозначение обрядов «желенья и карания» встре­чается в перечислении различных языческих обря­дов в списке XVII века древнерусского «Слова некоего христолюбца...». «...И пускай несет тем­ная Желя погребальный пепл в своем пылающем роге» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»). 

ЖИВА (Живана, Сива) — богиня мировой жиз­ни (весны), плодородия и любви; воплощает жиз­ненную силу и противостоит мифологическим воплощениям смерти. Жива своим приходом животворит, воскрешает умирающую на зиму приро­ду, дает земле плодородие, растит нивы и пажити. В правой руке она держит яблоко, в левой — виноград (еще одно подтверждение того, что славяне искони жили в благодатном климате и возделывали сады). В начале мая ей приносят жертвы. Кукушка принималась за ее воплощение. Прилетая из вирия, из той заоблачной страны, откуда нисходят души новорожденных, куда удаляются усопшие и где пребывают девы судьбы, кукушка ведает часы рождения, брака и смерти. Так доныне, заслышав весеннею порою кукушку, к ней обращаются с вопросом: сколько лет остается жить на белом свете. Ответы ее признаются за пророчество, посылаемое свыше. Девушки чествуют кукушку: крестят ее в лесу, кумятся между собой и завивают венки на березе. «...Обряд этот (крещение кукуш­ки)... связан с обновлением жизненных сил природы: после зимнего умирания — возрождение и торжество солнечного тепла. Другая сторона действа — повлиять на творческие силы при­роды, вызвать обильный урожай. По представ­лениям древних славян, в кукушку превраща­лась богиня жизни Жива» (А. Стрижен. «Народный календарь»). 

ЖИВОТ — божество полянских (польских, полевых) славян, имя его означает жизнедателя или сохранителя жизни. 

ЖУРБА — женское божество, воплощавшее бес­предельное сострадание. 

ЗЕВАНА (Дзевана) — юная и прекрасная боги­ня лесов и охоты, которая любит охотиться в свет­лые лунные ночи; с оружием в руках мчится она на борзом коне по лесам, сопровождаемая ловчими псами, и гонит убегающего зверя. По народным рассказам, чудесная дева охотится в дебрях Полабии и на высотах Карпатских гор. Изображается в куньей шубе, верх которой покрыт беличьими шку­рами. Сверху надета вместо епанчи кожа медведя. В руках она держит натянутый лук со стрелою или капкан, подле нее положены лыжи и битые звери, рогатина и нож. В ногах лежит собака. Этой боги­не молились ловцы, прося у нее счастья в охоте. В ее честь приносилась часть добычи. Жертвовали ей шкуры убитых зверей. В древности шкурки куницы и других пушных зверьков использовали в качестве денег. Есть свидетельство о разрушении ее изваяния (идола) в Польше в 965-м году. В других племе­нах, связанных с лесом и охотой, она называлась Дива, Дева, Дивия, Златая Баба, Баба и т.п. В греческой мифологии ей соответствует дочь Зевса Артемида, а в римской – Диана. 

ЗИБОГ — бог земли, творец и хранитель ее. Это он создал горы и моря, холмы и реки, расщелины и озера. Он наблюдает и возделывает землю. Ког­да он сердится — вулканы извергаются, буря на море поднимается, земля трясется. 

ЗИМЕРЗЛА (Симаергла, Зимаерзла, Симаргла, Зимарзла) — суровая богиня зимы, дышащая холодом и морозами. Одежда на ней наподобие шубы из сотканных вместе инеев, а порфира из снега, вытканная ей морозами, чадами ее. На голо­ве ледяной венец, унизанный градами. 

ЗИМСТЕРЛА (Зимцерла) — богиня рассвета, утренней зари, весны и цветов. Изображается она прекрасною девою, одетой в легкое белое платье, подпоясанное розовым поясом, переплетенным зо­лотом; на голове у нее венок из роз; в руках держит лилию; на шее ожерелье из цикорей; перевязь через плечо цветочная. Ей приносили в жертву цветы, равно как и капище ее убиралось в ее праз­дники цветами. В эту богиню всегда был влюблен Догода. «В третий день моего путешествия, когда просыпалася Зимцерла, спускался я с вы­сокой горы и увидел недалеко не весьма узкое владение... Зимцерла — словенская богиня: она была то же, что и Аврора» (М.Д. Чулков. «Пересмешник, или славенские сказки»). 

ЗИРКА — богиня счастья. Всякий человек имеет свою Зирку (пророчицу, предвестницу, зирящую наперед), которая, как дух-хранитель, неот­ступно находится при своем избраннике. Есть по­говорка: «Что из него будет, коли он не в мило­сти у Зирки!» 

ЗЛАТАЯ МАТЬ (Баба) — богиня тишины и покоя. Представляется в виде женщины с младен­цем на руках, который почитался ее внуком (этот внук — Святовит), отчего и получила имя Бабы (ба – рожавшая женщина, отсюда, баба – родившая рожавшую мать). Это богиня-пророчица. 

ЗНИЧ — под этим божеством славяне подразу­мевали начальный огонь, или животворящую теп­лоту, способствующую существованию и охране всего на свете. «Тогда отважный Знич, блистающ, весь извне; /Вещал: намеренья сии ненравны мне. /Я хижинам свещу и озаряю троны; /Во существе огня я россам жизнь дарю, /Питаю, грею их, их внутренности зрю» (М. Херасков. «Владимириада») 

ЗОРЯ, ЗАРЯ, ЗАРА — богиня, сестра Солнца. Она идет впереди и выводит поутру солнце и его яркими, стреловидными луча­ми поражает мрак и туманы ночи; она же выводит его весною из-за темных облачных покровов зимы. Она восседает на золотом стуле, расстилает по небу свою нетленную розовую фату или ризу, и в заговорах доселе сохраняются обращенные к ней мольбы, чтобы она покрыла своею фатою от вол­шебных чар и враждебных покушений. Как утрен­ние солнечные лучи прогоняют нечистую силу мра­ка, ночи — так верили, что богиня Зоря может прогнать всякое зло, и наделяли ее тем же победо­носным оружием (огненными стрелами), с каким выступает на небо светило дня; вместе с этим ей приписывается и та творческая, плодородящая сила, какая разливается на природу восходящим солн­цем. Миф знает двух божественных сестер — Зорю Утреннюю (Денница, Утренница, Зарница) и Зорю Вечернюю; одна предшествует восходу солнца (Ра свету), другая провожает его вечером на покой, и обе та­ким образом постоянно находятся при светлом бо­жестве дня и прислуживают ему. Утренняя Зоря выводит на небесный свод его белых коней, а Ве­черняя Зоря принимает их, когда Солнце, совершивши свой дневной поезд, скрывается на западе (заходе). 

ИПАБОГ — покровитель охоты. Но помогает он только охотникам неалчным, убивающим жи­вотных для пропитания, а не корысти ради. Иных же охотников наказывает — капканы и ловушки ломает, по лесу водит, добычу прячет. Животных Ипабог любит, заботится о раненых, лечит их. Представлялся Ипабог в плаще, на котором были изображены сцены охоты. 

КАРНА (Карина) — богиня судьбы человеческой, предначертанной на Небесах (к ар и на), иногда богиня-плакальщица, если человек грубо нарушил изначальное предначертание и принес горе себе и близким. Карна и Желя — персонификации плача и горя, известны из «Слова о полку Игореве»: «... за ним кликну Карна и Жля, поскачи по Русской земли». Древнерусское слово «карити» — оплакивать. «...Не воскреснет она, соко­линым разбужена взглядом. /Бродят Карна и Жля по Руси с поминальным обрядом» («Слово о полку Игореве»). 


КОЛЯДА — солнце-младенец, в славянской ми­фологии — воплощение новогоднего цикла, а так­же персонаж праздников, сходный с Авсенем. Ко­ляда праздновался в зимние святки с 25 декабря (поворот солнца на весну) по 5-6 января. «Когда-то Коляду воспринимали не как ряженого. Ко­ляда была божеством, причем одним из влия­тельных. Коляду кликали, зазывали. Коляде посвящали предновогодние дни, в ее честь уст­раивались игрища, учиняемые впоследствии на Святках. Последний патриарший запрет на по­клонение Коляде был издан 24 декабря 1684 года. Полагают, что Коляда признавалась сла­вянами за божество веселья, потому-то его и призывали, кликали в новогодние празднества веселые ватаги молодежи» (А. Стрижев. «На­родный календарь»). 

КОПША (КОПУША) — в Белоруссии это маленький бог, охраняющий зарытые в землю сокровища и ценно­сти. Его просят указать место кладов и помочь отрыть (отКОПАТЬ) их, а при удаче благодарят, оставляя в его пользу известную часть добычи. 

КРОДО — божество, охранявшее жертвенный алтарь. Его идол стоял в Гарцбурге на высокой, лесом обросшей горе. Он изображал старика с обнаженною головою, который голыми ногами стоял на рыбе и опоясан был шерстяною белою повяз­кою, в одной руке он держал колесо, а в другой сосуд, наполненный цветами и плодами. Рыба под его ногами означает подземное царство, чаша с плодами — обильную земную жизнь, колесо — солярный знак — символизирует вечное обновле­ние жизни на земле (и во Вселенной), зиждящейся на прочной основе (оси). 

КРУЧИНА — женское божество смертной пе­чали. Считалось, что одно лишь упоминание этого имени облегчает душу и может спасти от многих бедствий в дальнейшем. Не случайно в славянском фольклоре так много плачей и причитаний. 

КУПАЛО — плодотворящее божество лета, летнее Солнце. «Купало, яко же мню, бяше бог обилия, яко же у еллинь Цересъ, ему же безумный за обилие бла­годарение приношаху въ то время, егда имяше настати жатва». Ему жертвовали перед сбором хлеба, 23 июня, в день св. Агриппины, которая и была прозвана в народе Купальницей. Молодые люди украшались венками, раскладывали огонь, плясали вокруг него и воспевали Купалу. Игрища продолжались всю ночь. Кое-где 23 июня топили бани, настилали в них траву купальницу (лютик) и после купались в реке. В христианский период в самое Рождество Иоанна Предтечи (отсюда, Иван-Купала), сплетая венки, вешали их на кровли до­мов и на хлевах, чтобы удалить злых духов от жилища. Этот красивый языческий праздник воз­рождается в России, на Украине и в Белоруссии. 

ЛАДА (Фрея, Прея, Сив или Зиф) — богиня юности и весны, красоты и плодородия, всещедрая матерь, покровительница любви и браков. В народных песнях «ладо» до сих пор означает не­жно любимого друга, любовника, жениха, мужа; «жены русские вьсплакашась, аркучи: уже нам своих милых ладъ (мужей) ни мыслию смыслити, ни думою сдумати, ни очами съглядати» (Плач Ярославны). Наряд Фреи сияет ослепи­тельным блеском солнечных лучей, красота ее очаровательна, а капли утренней росы называются ее слезами; с другой стороны, она высту­пает воинственной героинею, носится в бурях и грозах по небесным пространствам и гонит дож­девые тучи. Кроме того — это богиня, в свите которой тени усопших шествуют в загробный мир. Облачная ткань есть именно та пелена, на кото­рой душа, по смерти человека, возносится в цар­ство блаженных. По свидетельству народных стихов, ангелы, являясь за праведною душою, принимают ее на пелену и несут на небо. Куль­том Фреи-Сивы объясняется суеверное уваже­ние, питаемое русскими простолюдинами к пятнице, как дню, посвященному этой богине. Кто в пятницу дело начинает, у того оно, по посло­вице, будет пятиться. У древних славян береза, олицетворявшая богиню Ладу, считалась священным деревом. 

ЛАДО — божество веселия и всякого блага. В киевском «Синопсисе» Иннокентия Гизеля (1674 г.) говорится: «...Четвертый идол — Ладо. Сего имяху бога веселия и всякого благополучия. Жертвы ему приношаху готовящиеся ко бра­ку, помощию Лада мнящи себе добро, веселие и любезно житие стяжати». По другим источ­никам «Ладо» — звательный падеж от имени «Лада». 

ЛЕД — этому божеству славяне молились об успехе в сражениях, он почитался правителем во­инских действий и кровопролитий. Это свирепое божество изображалось в виде страшного воина, вооруженного в славянскую броню, или всеоружие. При бедре меч, копье и щит в руке. У него были свои храмы. Собираясь в поход против не­приятелей, славяне молились ему, прося помощи и обещая в случае удачи в воинских действиях обильные жертвы. Вероятно, это божество боль­ше, чем другие первостепенные боги, получало кровавых жертв во время войны. 

ЛЕЛЯ (Лелия, Лелио, Лель, Ляля) — боже­ство весны и молодости из свиты Лады, побуж­дающее природу к оплодотворению, а человека к брачным союзам. Он старший сын Лады, сила его состояла в воспламенении любви. Иногда изображался он в виде златовласого пламенного кры­латого младенца. Он метал из рук искры, воспла­меняя любовь. По молодости лет своих, Лель порой просто забавляется любовью, хотя делает это из добрых побуждений — для него это весе­лая игра. Появляется Лель весной, живет вместе со своим младшим братом Полелем (после Леля) в лесу. Вместе они вы­ходят утром встречать Ярило. Свирель Леля мож­но услышать в Купальскую ночь. «К нему деви­цы ходят /Красавицы, и по головке гладят, /В глаза глядят, ласкают и целуют./И Лелюшком и Лелем называют, /Пригоженьким и ми­леньким» (А.Н. Островский. «Снегурочка»). Целый ряд записей говорит о Леле в женском роде. Например, в белорусской заклинательной песни: «Дай нам житцу да пшаницу, /Ляля. Ляля, наша Ляля!»

МЕРЦАНА (Марцана) — богиня жатвы. Пер­воначально под этим именем славяне подразумева­ли зарю, потом грозовые сполохи. Заря выходит иногда ночью резвиться над нивами, порхая над созревающими колосьями. Верили, что зарница способствует большому оби­лию и скорейшему созреванию жатв, а потому мо­лили богиню об урожае хлеба. Изображалась с венком из колосьев; как Заря, румяна и в златобагряной одежде, состоящей из обширного покрова или фаты, прикрывающей голову и приколотой у груди или простирающейся до земли. 

МОКОШЬ (Макоша, Макеша) — одна из глав­ных богинь восточных славян, жена громовержца Перуна. Имя ее составлено из двух частей: «ма» — мать и «кошь» — кош (стан), кошелка, корзина, кошара. Мокошь — мать наполненных кошей, мать хоро­шего урожая. Это не богиня плодородия, а богиня итогов хозяйственного года, богиня урожая, пода­тельница благ. Урожай каждый год определяет жребий, судьба, поэтому ее еще почитали как бо­гиню судьбы. Обязательный атрибут при ее изоб­ражении — рог изобилия. Эта богиня связывала отвлеченное понятие судьбы с конкретным поняти­ем изобилия, покровительствовала домашнему хо­зяйству, стригла овец, пряла, наказывала неради­вых. Конкретное понятие «пряха» связывалось с метафорическим: «прядение судьбы». Мокошь по­кровительствовала браку и семейному счастью. Представлялась как женщина с большой головой и длинными руками, прядущая по ночам в избе: по­верья запрещают оставлять кудель, «а то Макоша опрядет». Непосредственным продолжением обра­за Макоши в христианстве стала Параскева Пятница. Поскольку в ее распоряжении были все плоды земные, она ведала и судьбой урожая, т.е. распределением про­дуктов, сырья, предметов ремесленного производ­ства. Именно она хозяйствовала на торгу, покро­вительствовала торговле. В Новгороде в 1207 году была выстроена церковь Параскевы Пятницы на Торгу, такие же храмы были возведены в XII-XIII вв. в Чернигове, Москве в торговом и охот­ном ряду. Мокошь — единственное женское божество, чей идол стоял на вершине холма в пантеоне князя Владимира. «И нача къняжити Володимер в Кыеве един. И постави кумиры на хълме въне двора теремъного: Перуна древяна, а главу его сьребряну, а ус злат, и Хърса, и Дажьбога, и Стрибога, и Съмарьгла, и Макошъ» (источники ХII-ХIV вв.). У некоторых северных племен Мо­кошь — холодная недобрая богиня. «На прибой­ном сыром берегу вещая Мокуша, охраняя мол­нийный огонь, щелкала всю ночь веретеном, пряла горящую нить из священных огней» (А.М. Ре­мизов. «К Морю-Океану»). «Бог не Макешь — чем-нибудь да потешит» (В.И. Даль). 

МОЛВА – богиня дурной вести у этрусков. 

МОЛОНЬЯ-ЦАРИЦА (Меланья) — грозная богиня молний. У Перуна была большая свита из всяких родственников и помощников: Гром и Мол­ния, Град и Дождь, водяные ветры, числом четы­ре (по количеству сторон света). Недаром существовало древнерусское изречение — «Перун есть мног». Сын Молоньи-царицы — Огонь-царь. Во время грозовых бурь, когда Молонья пускает свои стрелы-молнии, Огонь-царь несется на концах этих стрел, поджигая все, что встречается на его пути. 

МОРЕНА (Марана, Морана, Мара, Маруха, Мармара) — богиня смерти, зимы и ночи. Она олицетворялась в образе устрашающем: неумолима и свирепа, зубы ее опаснее клыков дикого зверя, на руках страшные, кривые когти; Смерть — чер­на, скрежещет зубами, быстро мчится на войну, хватает падших ратников и, вонзая в тело свои когти, высасывает из них кровь. Русские памятни­ки изображают Смерть или страшилищем, соединяющим в себе подобие человеческое и звериное, или сухим, костлявым человеческим скелетом с ос­каленными зубами и провалившимся носом, поче­му народ и называет ее «курносою». Встречая весну торжественным праздником, славяне совершали обряд изгнания Смерти или Зимы и повергали в воду чучело Мораны. Как представительница зимы Морана побеждается весенним Перуном, который разит ее своим кузнечным молотом и на все летнее время низвергает ее в подземную темницу. Соглас­но с отождествлением Смерти с грозовыми духа­ми, древнее верование заставило этих последних исполнять ее печальную обязанность. Но так как Громовник и его спутники являлись и устроителями небесного царства, то понятие о Смерти раздвоилось, и фантазия изображала ее то существом злым, увлекающим души в подземный мир, то посланни­цею верховного божества, сопровождающею души усопших героев в его небесный чертог. Болезни рассматривались нашими предками как сопутницы и помощницы Смерти. 

МОРОЗКО (Морозка, Мороз) — бог зимы, холодов. По крестьянским поверьям, это — ни­зенький старичок с длинной седой бородою. Зи­мой бегает он по полям и улицам и стучит — от его стука начинаются трескучие морозы и оковы­ваются реки льдами. Если ударит он в угол избы, то непременно бревно треснет. В славянских пре­даниях морозы отождествлялись с бурными зимними ветрами: дуновение Мороза производит силь­ную стужу, снежные облака — его волосы. Накануне Рождества Морозку кликали: «Мороз, Мороз! Приходи кисель есть! Мороз, Мороз! Не бей наш овес, лен да конопли в землю вколоти!» Мороз — персонаж многих сказок и других лите­ратурных произведений : «Не ветер бушует над бором, /Не с гор побежали ручьи, /Мороз-воево­да дозором /Обходит владенья свои» (Н.А. Некрасов. «Мороз, Красный нос»). 

МОРСКОЙ ЦАРЬ (Водяной, Поддонный, Чудо-Юдо)— владыка всех вод на земле; здесь идея всесветного воздушного океана сливается с великими водами, омывающими земную поверхность; Перун дождящий переходит в властителя морей, рек, источников: падая долу, заставляя прибывать воды источников и производя новые ручьи, дождь стал рассматриваться как тот первоначальный эле­мент, из которого создались все земные водохра­нилища. По русскому преданию, когда бог сотво­рил землю и вздумал наполнить ее морями, реками и ключами, тогда он повелел идти сильному дож­дю; в то же время он собрал всех птиц и приказал им помогать себе в трудах, разнося воду в назначенные ей вместилища. В образе быстролетных птиц миф олицетворяет весенние грозы, и как молнии и ветры приносятся различными птицами, так ими же приносится и вода в дождливую пору первой весны, когда божество творит новый мир на место старого, обветшавшего под холодным дыханием зимы. Морской царь, по народному поверью, вла­ствует над всеми рыбами и животными, какие только водятся в морях. В народных сказках Морского царя называют также Водяным царем или Под­донным; в одном из вариантов сказки он назван Окиан-морем. «Там трон жемчугами усыпанный янтарь, /На нем сидит волнам седым подобный Царь. /В заливы, в океан десницу простирает, /Сапфирным скипетром водам повелевает. / Одежда царская, порфира и виссон, /Что силь­ные моря несут ему пред трон» (М. Ломоносов. «Петриада»). 


НЕДОЛЯ (Нужа, Нужда)— богиня, помощни­ца Макоши, ткет несчастливую судьбу. Доля и Недоля — не просто олицетворения отвлеченных понятий, не имеющие объективного бытия, а напротив — живые лица, тождественные девам судь­бы. Они действуют по собственным расчетам, не­зависимо от воли и намерений человека: счастливый вовсе не работает и живет в довольстве, потому что за него трудится Доля. Наоборот, деятельность Недоли постоянно направлена во вред чело­веку. Пока она бодрствует — беда следует за бе­дою, и только тогда становится легче несчастному, когда засыпает его Недоля: «Коли спит Лихо, не буди ж его». «И сама Обида-Недоля, не смыкая глаз, усталая, день исходив от дома к дому, грохнулась на землю и под терновым кустом спит» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»). 

НЕМИЗА — бог воздуха, повелитель ветров. Ветры издревле олицетворялись как существа са­мобытные. Немиза изображался с головой, увен­чанной лучами и крыльями. Немиза призван наво­дить порядок и усмирять буйные ветры. 

НЕУМОЙКА — в зимнее время светлое боже­ство Белун утрачивает свой блеск, дряхлеет, ря­дится в грязные нищенские одежды и является неопрятным Неумойкою — старым беловласым и сопливым дедом. Семь зимних месяцев он не че­шется, не стрижется, не моется и не сморкается, т.е. покрывается облаками и туманами. Сопли — метафора сгущенных туманов, и надобно утереть их, чтобы золотые лучи солнца могли просиять из-за облачных покровов (превращение замарашки Неумойки в ясного Белуна). 

НИЙ (Ния, Вий) — божество преисподней, один из главных служителей Чернобога. Он был также судьей над мертвыми. Вий связан, также, с сезон­ной смертью природы во время зимы. Этот бог считался также насылателем ночных кошмаров, видений и привидений. Огромный горбатый старик с длинными волосатыми руками-лапами. Вечно злой, потому что работать приходится без отдыха днем и ночью — принимать души умерших. Кто попал в лапы к безобразному Нию — назад возврата нет. По-видимому, в более поздние времена это предводитель нечистой силы Вий. Из устных преданий видно, что истукан Чернобога был выко­ван из железа. Престол его составлял краеуголь­ный камень из черного гранита. В знак своего вла­дычества он имел на голове зубчатый венец, в руке свинцовый скипетр и огневидный бич. «... зрю огненного Ния; /В нем ада судию быть чаяла Рос­сия. /Он пламенный держал в руках на грешных бич» (М. Херасков. «Владимириада»). «...Мгно­венно дверь хижины растворяется, — и, при бес­прерывном блеске молнии, я зрю юного витязя, в броне серебряной, опоясанного мечом грозным. Ни сам свирепый Ний не потряс бы толико робкого сердца моего своим появлением» (В.Т. Нарежный. «Славянские вечера»). 


ОГНЕННАЯ МАРИЯ — Царица Небесная, древняя богиня весны и плодородия. 


ПАРАСКЕВА-ПЯТНИЦА (льняница, Дева-Пятенка) — женское божество, богиня-пряха, подательница благ, покровительница плодородия христианского периода. Параскева-Пятница покровительствует святым це­лебным источникам и колодцам; известны «пятницкие родники». Она требует неукоснительного повиновения и запрещает бабам работать в день, посвященный ей, — в пятницу. За нарушение зап­рета она может истыкать виновную кудельной спицей или даже превратить ее в лягушку. Благо­волит также играм молодежи с песнями и танцами. Появляется в белых одеждах и охраняет колодцы. Где на дощатых крышах изображена Параскева-Пятница — там вода целебна. Чтобы не иссякла благодать Девы-Пятенки, бабы тайком приносят ей жертву: овечью шерсть на передничек. В Бело­руссии сохранился обычай изготавливать ее извая­ния из дерева и молиться ей темной ночью о дож­дях для всходов. Пятница считалась также покровительницей торговли. В Новгороде Вели­ком церковь Пятницы на Торгу была построена в 1207г. На рубеже XII и XIII вв. церковь Пятни­цы на Торгу была создана в Чернигове. В Москве в торговом Охотном ряду существовала церковь Пятницы. Торговым базарным днем на Руси с не­запамятных времен была пятница. 

ПЕРЕПЛУТ — восточнославянское божество. Данных о нем недостаточно, чтобы описать под­робно его функции. Некоторые источники счита­ют его божеством семян и всходов. По другим источникам — это славянский Вакх. Если имя его происходит от русского «переплыть», то не исклю­чена его связь с мореходством. «...Переплут упо­минается вместе с берегинями в «словах» про­тив язычества. По гипотезе В. Пизани, Переплут — восточнославянское соответствие Вакха-Диониса. Не исключена связь с именами богов балтийских славян типа Поренут, Поревит и с табуированньши именами, производны­ми от «Перун» (В.В. Иванов). 

ПЕРУН (Перен, Перкун Ас, Перкунас) — бог-громовержец, божество победоносное, карающее, явление кото­рого возбуждает страх и трепет. Его представляют статным, высокого роста, с черными волосами и длинной золотой бородою. Восседая на пламенной колеснице, он разъезжает по небу, вооруженный луком и стрелами, и разит нечестивых. По свиде­тельству же Нестора, деревянный идол Перуна, поставленный в Киеве, имел на серебряной голове золотые усы. Грохотом его колесницы арийские племена объясняли себе громозвучные раскаты гро­зы. Насылая град, бури и безвременные ливни, он карал смертных неурожаем, голодом и повальными болезнями. Русское предание наделяет Перуна па­лицею: «Он же, пловя сквозь великый мост, вер­же палицю свою и рече: на семь мя поминают новгородскыя дети, ею же и ныне безумнии убивающеся, утеху творять бесом». Пущенная им стрела поражает тех, в кого бывает направлена, и производит пожары. Стрелы громовые, ниспадая из туч, входят далеко в глубь земли, а через три или семь лет возвращаются на ее поверхность в виде черного или темно-серого продолговатого ка­мушка: это — или сосульки, образующиеся в пес­ках от удара молнии, или белемниты, известные в народе под именем «громовых стрелок» и почита­емые за верное предохранительное средство про­тив грозы и пожаров. Мифы представляют бога-громовника кузнецом и пахарем; раскаленное железо, сошник и камень — символические знамения его молний, заряженное ружье — позднейшая замена Перуновой стрелы или палицы, кипучая вода рав­носильна воде небесных источников, приготовляе­мой в грозовом пламени. В теплые дни весны Перун являлся со своими молниями, оплодотворял землю дождями и выводил из-за рассеянных туч ясное солнце; его творческою силою пробуждалась природа к жизни и как бы вновь созидался пре­красный мир. 

ПЕРУН-СВАРОЖИЧ — другой сын Сварога-неба, огонь-молния. «И огневи молятся, зовут его Сварожичем/» («Слово некоего христолюбца»). Молнии были его оружие — меч и стрелы; радуга — его лук; тучи — одежда или борода и кудри; гром — далеко звучащее слово, глагол бо­жий, раздающийся свыше; ветры и бури — дыха­ние; дожди — оплодотворяющее семя. Как творец небесного пламени, рождаемого в громах, Перун признается и богом земного огня, принесенного им с небес в дар смертным; как владыка дождевых облаков, издревле уподоблявшихся водным источ­никам, получает название бога морей и рек, а как верховный распорядитель вихрей и бурь, сопро­вождающих грозу, — название бога ветров. Эти различные названия придавались ему первоначаль­но как его характеристические эпитеты, но с тече­нием времени обратились в имена собственные; с затемнением древнейших воззрений они распались в сознании народном на отдельные божеские лица, и единый владыка грозы раздробился на богов — грома и молний (Перун), земного огня (Сварожич), воды (Морской царь) и ветров (Стрибог). Согласно мифам Перун Сварожич дал славянам письменность Перуницу или Руницу, начертав на небесах огненные знаки-буквы. 

ПОГОДА — бог прекрасной погоды (годной), нежного и приятного ветерка. Ему поклонялись поляки и венды. В Прильвице найден его идол, изображающий человека в остроконечной шапке, из которой высовываются два бычьих рога. В правой руке у него рог изобилия, а в левой — посох. У Я. Длугоша (XV век) Погода рассматривается как одно из имен божеств сезонного типа. Некоторые источ­ники предполагают его связь с культом огня. 

ПОДАГ — бог звероловства. Изображался со зверем в руках. Существовали особые приметы и заговоры, при помощи которых охотники пыта­лись задобрить его — тогда он и зверя в ловушку заманит, и птицу подведет. Начинающим охотни­кам он, как правило, помогает, чтобы привить им страсть к охоте. Считалось, однако, что если же он на какого-нибудь охотника рассердится, то удачи ему в охоте никогда не даст — возвращаться тогда ему из лесу с пустыми руками. 

ПОДАГА — женское божество природы и зем­ли («подающая», «подательница благ»). «...Одни прикрывают невообразимые изваяния своих идо­лов храмами, как например, идол в Плуне, имя которого Подага...» (Гельмольд). 

ПОЛЕЛЯ (Полелья) — второй сын богини любви Лады после Леля, бог супружества, брачных уз. Не случайно изображался в белой простой будничной рубахе и терновом венке, такой же венок он подавал супру­ге. Он благославлял людей на будничную жизнь, полный терний семейный путь. «Полель веселостей богиню провожал; /В нем Киев брачные со­юзы обожал». (М. Херасков. «Владимириада») 

ПОЛКАН (Волкан) – бог-покровитель воинства в этрусском пантеоне. Ковал воинам доспехи и оберегал дружины (полки). Его изображение или изображение головы волка сопутствовало удаче. Умение входить в состояние волка или принимать его облик отражено в мифах об оборотнях, принимающих образ волка. 

ПОРЕВИТ — один из племенных верховных богов. «Пора» (спора) — не что иное как семя, а «вита» — жизнь. То есть это бог посевов и муж­ского семени, податель жизни и ее радости, любви. Идол Поревита стоял в городе Карензе. Изобра­жался с пятью головами. Он считался защитником и покровителем племени. Многоликость символи­зировала небесные регионы власти бога. У разных племен существовала разная магическая символика цифр. Френцель утверждал, что Поревит был бо­гом добычи — он производил его имя от славянс­кого слова «поривац», то есть «похититель». Та­кого же мнения придерживается Гроссер («Достопамятности Лаузица»). 

ПОРЕНУЧ — бог посевов и мужского семени, продолжатель жизни. Идол Поренуча стоял на острове Рюгене в городе Карензе. У этого идола было четыре лица на голове, а пятое на груди — «коего чело держал Поренуч левою, а подбородок оного правою рукою». (А. Кайсаров. Славянская и российская мифология.) Френцель предполагает в нем бога-покровителя беременных, Шварц — покровителя мо­реплавателей. 

ПОРТУН – бог портов, покровитель моряков у этруссков и славянских народов Средиземноморья. 

ПОСВИСТ (Похвист, Позвизд) — свирепый бог непогод и бурь: «Там Посвист; бурями, как ри­зой, вкруг увитый...». Имеет вид свирепый, во­лосы и бороду всклокоченную, епанчу долгую и с крыльями нараспашку. Киевляне распространяли власть его; они почитали его не только богом бурь, но еще и всяких воздушных перемен, как добрых, так и худых, полезных и вредных. Почему и про­сили о даровании красных дней и об отвращении непогод, которые почитались находящимися под его властью и управлением. Масовяне называют боль­шой ветер Похвисцием. В сказках Посвиста иног­да заменяет Соловей-разбойник, воплощающий злую и разрушительную силу ветра. «Когда же на берег Посвист /Седые волны мчит, /В лесу кружит­ся желтый лист /Ярясь, Перун гремит...» (А.К. Толстой. «Князь Ростислав»). 

ПРИПЕКАЛА — бог любострастия. Облик его изменчив. Покровительствует мужчинам. 

ПРИЯ (Сива) — богиня весны, любви, брачного союза и плодородия. В весеннюю пору она вступа­ет в брачный союз с Громовником и шлет на землю благодатное семя дождей, и воспитывает жатвы. Как богиня, творящая земные урожаи, как супруга небесного бога, носителя молний и проливателя дож­дей, она мало-помалу слилась в народном созна­нии с плодородящею матерью Землей. Название «Сива» созвучно с «сеять», «посев». Сива на­учила людей возделывать землю, сеять, жать и обраба­тывать лен. Подобно тому, как атрибуты Перуна переданы были Илье пророку, под влиянием хрис­тианства древняя богиня весеннего плодородия сме­нилась св. Параскевою (в простонародье мучени­ца Параскева называется именем св. Пятницы) и Богородицею. В некоторых местах поверья, соеди­няемые с Пятницей, относятся к Пречистой Деве. 

ПРОВЕ (Проно, Пров, Прово) — бог просве­щающий, пророчествующий. Под этим божеством славяне понимали предопределение, управляющее миром и распоряжающееся будущим. «Прове» или «проесть» — провещающий, пророчествующий. «Проно» — от слова « про ны» или «прознать нас», то есть предведать или проникнуть. Прове был известен у по­морских славян. Они почитали его вторым по зна­чимости божеством после Световида. Истукан его стоял на высоком дубе, перед которым был жерт­венник. Вокруг дуба земля была усеяна двулики­ми, триликими болванами. В Старгарде почитался как высшее божество. По гипотезе В.Пизани, имя Прове — один из эпитетов Перуна — правый, справедливый. Имя Прове сопоставляют также с именем бога Поревита у балтийских славян и оп­ределяют его как божество плодородия. Обычно своего идола Прове не имел, почитался во время празднеств в лесах или рощах возле священных дубов. Идол Проно стоял в Алтенбурге. В книге «О германских богах» описано, как по примеру алтенбургского епископа Герольда был сожжен лес, посвященный Прону. 

ПРПАЦ (пеперуга, преперуга)— В Далмации ме­сто Додолы-девицы заступает неженатый молодец, которого зовут Прпац. Прпац представляет бога-громовника. Товарищей его называют прпоруше; самый обряд существенно ничем не отличается от додольского: также одевают его зеленью и цвета­ми, обливают его перед каждой избою. У болгар его называют пеперуга или преперуга. 


РАДИГОСТЬ (Редигость, Радигаст) — молни­еносный бог, убийца и пожиратель туч, и вместе с тем светозарный гость, являющийся с возвратом весны. Земной огонь, признавался сыном Неба, низведенным долу, в дар смертным, быстролетною молниею, и потому с ним также соединялась идея почетного божественного гостя, пришельца с небес на землю. Русские поселяне чествовали его име­нем гостя. Вместе с этим он получил характер бога-сберегателя всякого иноплеменника (гостя), явившегося в чужой дом и отдавшегося под защиту местных пенатов (т.е. очага), бога-покровителя при­ехавших из дальних стран купцов и вообще тор­говли. Славянский Радигость изображался с голо­вою буйвола на груди.

РОД — наиболее древний неперсонифицированный бог славян. Бог Вселенной, живущий на небе и давший жизнь всему живому, Род иногда отож­дествлялся с фаллосом, иногда с зерном (в т.ч. солнечным и дождевым зерном, оплодотворяю­щими землю). Позже это — прозвание Перуна как представителя творческих, плодородящих сил природы; во время весенних гроз, ударяя своим каменным молотом, дробя и разбрасывая скалы-тучи, он призывал к жизни облачных великанов, окамененных холодным дыханием зимы; говоря мифическим языком, он оживлял камни и творил из них исполинское племя. Таким образом, вели­каны были его порождением, первым плодом его творческой деятельности. В некоторых церков­нославянских рукописях под именем Рода разу­меется дух, что вполне согласуется с областным употреблением этого слова: в Саратовской губер­нии Род означал вид, образ, а в Тульской — привидение, призрак. Глиняные, деревянные и каменные изображения, охранные талисманы этого бога находят во время раскопок. 

РОДОМЫСЛ — божество славян варяжских, покровитель законов, податель благих советов, мудрости, красных и умных речей. Идол его изоб­ражал человека в размышлении, упершего в лоб указательный перст правой руки, в левой же руке — щит с копьем. 

РОЖАНИЦЫ — наиболее древние неперсони­фицированные богини славян. Рожаницы — жен­ское рождающее начало, дающее жизнь всему жи­вому: человеку, растительному и животному миру. Позже Рожаницы персонифицировались — получи­ли имена собственные: Макошь, Златая Баба, Дидилия, Зизя и т.д. 

РУГЕВИТ (Руевит) — верховный бог одного из славянских племен. «Руги» (луги) — название племени (возможно, самоназвание ругиев или лужичан), а «вита» — Жизнь. Идол Ругевита стоял в городе Карензе на острове Ругене, сделан он был из огромного дуба, а храм представляли стены из красных ковров или красных тканей. Богов, которых считали своими предками, покровителями и воинственными защит­никами племени, изображали с ярко выраженными мужскими атрибутами. По описанию Саксона, ку­мир Ругевита был сделан из дуба и представлял чудовище с семью лицами, которые все были на шее и соединялись наверху в одном черепе. На поясе висело у него семь мечей с ножнами, а восьмой, обнаженный, держал он в правой руке своей. Деревянные куколки этого бога воины бра­ли с собой, когда отправлялись в поход на лодиях. А большой деревянный идол стоял на возвышен­ности, угрожая врагам и защищая от всякой напа­сти. Руевиту жертвовали перед походом и после, особенно если поход был удачным. Многоликость бога у древних славян обозначала его неуязвимость и всезоркость. «Над древними подьемляся дубами, /Он остров наш от недругов стерег; /В войну и мир равно честимый нами, /Он зорко вкруг глядел семью главами, /Наш Ругевит, непобедимый бог. /И мнили мы: «Жрецы твердят недаром, /Что если враг попрет его порог, /Он оживет, и вспыхнет взор пожаром, /И семь мечей подымет в гневе яром /Наш Ругевит, наш оскорбленный бог» (А.К. Толстой. «Ругевит»).

СВАРОГ — верховный владыка Вселенной, ро­доначальник прочих светлых богов или, как назы­вали его славяне — великий, старый бог, прабог, в отношении к которому все другие стихийные бо­жества представлялись его детьми, прибогами (т.е. младшими, от него происшедшими). От него роди­лись боги-покровители солнца, молнии, облаков, ветров, огня и вод. «Между различными божествами, во влас­ти которых состоят поля и леса, печали и на­слаждения, славяне не отрицают и единого бога на небесах, повелевающего прочими. Он самый могущественный, заботится только о небесном; а прочие боги, исполняющие возложенные на них обязанности, происходят от его крови, и чем кто знатнее, тем ближе к этому богу богов» (Гельмольд). Сварог, как олицетворение неба, то озаренного солнечными лучами, то покрытого ту­чами и блистающего молниями, признавался отцом солнца и огня. Во мраке туч он возжигал пламя молний и таким образом являлся творцом небесно­го огня; земной же огонь, по древнему преданию, был божественный дар, низведенный на землю в виде молнии. Далее: разбивая громовыми стрелами тучи, Сварог выводил из-за них ясное солнце или, выражаясь метафорическим языком древности, воз­жигал светильник солнца, погашенный демонами тьмы; это картинное, поэтическое представление прилагалось и к утреннему солнцу, выходящему из-за черных покровов ночи, так как ночной мрак постоянно отождествлялся с потемняющими небо ту­чами. С восходом солнца, с возжением его светиль­ника, соединялась мысль о его возрождении, и пото­му Сварог есть божество, дающее жизнь Солнцу. 

СВАРОЖИЧ — огонь, сын неба-Сварога (иногда славяне величают его Огнебожич). «В городе нет ничего, кроме храма, искусно постро­енного из дерева... Стены его извне украшены чудесною резьбой, представляющей образы богов и богинь. Внутри же стоят рукотворные боги, страшно-одетые в шлемы и панцыри; на каж­дом нарезано его имя. Главный из них Сварожич; все язычники чтут его и поклоняются ему бо­лее прочих богов» (Свидетельство Дитмара). Храм этот, по свидетельству Дитмара, стоял в славянс­ком городе Ретре, одни из трех ворот храма вели к морю и почитались недоступными для входа про­стых людей. Происхождение земного огня припи­сывалось нашими предками богу гроз, который послал на землю небесное пламя в виде низрину­той молнии. 

СВЕНТОВИТ (Святовид)— бог неба и света у балтийских славян. Идол Свентовита стоял в святилище в го­роде Арконе. 

СВЯТИБОР — лесное божество у сербов. Имя его составлено из двух слов: «святой» и «бор». Подле Мерзебурга сербы посвятили ему лес, в котором под смертной казнию запрещено было рубить не только целое дерево, но даже и сучок. 

СВЯТОВИТ (Световид) — божество, тожде­ственное Диву и Сварогу. Это только различные прозвания одного и того же высочайшего суще­ства. По свидетельству Саксона-грамматика в бо­гатом арконском храме стоял огромный идол Святовита, выше роста человеческого, с четырьмя бородатыми головами на отдельных шеях, обра­щенными в четыре разные стороны; в правой руке держал он турий рог, наполненный вином. Четыре стороны Святовита, вероятно, обозначали четыре стороны света и поставленные с ними в связи че­тыре времени года (восток и юг — царство дня, весны, лета; запад и север — царство ночи и зимы); борода — эмблема облаков, застилающих небо, меч — молния; как владыка небесных громов, он выезжает по ночам сражаться с демонами тьмы, разит их молниями и проливает на землю дождь. Вместе с тем он признается и богом плодородия; к нему воссылались мольбы об изобилии плодов зем­ных, по его рогу, наполненному вином, гадали о будущем урожае. «Святки» — игры в честь бога Световида после 25 декабря (Рождения Коляды и начала прибавления продолжительности дня) — были широко распространены у восточных славян: русских, украинцев, белорусов. 

СЕМАРГЛ (Сим-Рьгл, Переплут, Семаргл Огнебожич) — бог огня, бог огненных жертвоприношений, посредник меж­ду людьми и небесными богами; божество, входив­шее в число семи божеств древнерусского пантео­на. Древнейшее божество, восходящее к берегиням, священная крылатая собака, охранявшая семена и посевы. Как бы олицетворение вооруженного доб­ра. Позже Семаргла стали называть Переплутом, возможно потому, что он был связан больше с охраной корней растений. Обладает и демоничес­кой натурой. Имеет способность исцелять, ибо он принес с неба на землю побег дерева жизни. Бог пантеона князя Владимира; «и поставил он куми­ров на холме, позади терема: Перуна... и Хорса, и Дажбога, и Стрибога, и Симаргла, и Макошъ» («Повесть временных лет»). В слове «Симарьгл» сливаются воедино два разные имени, как это вид­но из других памятников. В «Слове некоего христолюбца» сказано: «веруют... в Сима, и в Ерьгла (вар. по списку XV в.: в Ръгла)». Имена эти остаются необъясненными. 

СИВА (Сьва, Сиба, Дзива) — богиня осени и садовых плодов. Изображалась в виде нагой жен­щины, с длинными волосами, держащей в правой руке яблоко, а в левой — гроздь винограда. Сива — божество не только плодов садовых, но и самого вре­мени их поспевания, осени. 

СИЛЬНЫЙ БОГ — одно из названий верхов­ного бога. Под этим божеством славяне чтили дар природы телесной крепости. Изображали его в виде мужа, держащего в правой руке дротик, в левой же серебряный шар, как бы через то давая знать, что крепость обладает всем миром. Под ногами его лежала львиная и человеческие головы, посколь­ку и та, и другая служат эмблемою телесной кре­пости. 

СИТИВРАТ (Ситомир, Пропастник, Препадник) — бог, поворачивающий солнечное колесо на лето и вместе с этим возвращающий земле силу плодо­родия; народ сближает капли дождя с семенами и утверждает, что дождь падает с неба сквозь реше­то или сито. Изображали бога в виде старца, с палкою в руках, которою он разгребал кости умер­ших; под правою его ногою были видны муравьи, а под левою сидели вороны и другие хищные птицы. 

СОЛНЦЕВА МАТЬ — это облачная дожденосная жена, из темных недр которой нарождается Солнце весною, и, во-вторых, богиня Зоря, кото­рая каждое утро рождает светозарного сына и рас­стилает для него по небесному своду золотисто-розовую пелену. Она также представлялась вещею пряхою. На Руси уцелела старинная поговорка: «Дожидайся Солнцевой матери божья суда!» В русских сказках Солнце владеет 12 царствами (12 месяцев, 12 знаков зодиака); словаки говорят, что Солнцу, как владыке неба и земли, прислуживают 12 солнцевых дев; упоминаемые сербскими песня­ми солнцевы сестры тождественны этим девам. 

СПОРЫШ (Спарыш) — божество изобилия, семян и всходов, дух жатвы; в восточнославянской мифологии воплощение плодородия. Его представ­ляли в виде белого кудрявого человека, который ходит по полю. «Спорыш» — двойное зерно или двойной колос, который рассматривался как близнечный символ плодородия, называемый «царь-колос». При отправлении обрядов из двойных ко­лосьев плели венки, варили общее («братское») пиво, откусывали эти колосья зубами. В Псковс­кой области из сдвоенных колосьев изготовлялась особая кукла — спорынья. Из них сплеталась и пожинальная «борода», посвящавшаяся святым, культ которых продолжил в христианстве общеславянский культ близнецов — покровителей сельского хозяйства: Флору и Лавру, Козьме и Демьяну, Зосиме и Савве. «Так и есть, это Спорыш. Там — в коло­сьях-двойчатках! Как он вырос: как колос! А в майских полях его незаметно — от земли не видать, когда скачет он скоки по целой версте. — А ты не пугайся: он венок вьет. Колосяной венок, золотой — жатвенный. А кладут венок в засек, чтобы было все споро, хватило зерна надолго» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»). 

СРЕЧА (Встреча) — богиня судьбы. Она пред­ставлялась в виде красивой девушки-пряхи, пряду­щей нить судьбы. Это ночная богиня — никто не видел, как она прядет — отсюда обычай гадать ночью. Обычно в ночи зимних святок проходили гадания на будущий урожай, на приплод, а больше всего — на брачные союзы. 

СТРИБОГ (Стриба, Погода, Похвист, Посвист, Посвыстач) — бог грозы, являющийся в бурях и вихрях, верховный царь ветров. Изображали его дующим в рога. В народе верят, что теплые, весен­ние ветры происходят от добрых духов, а вьюги и метели от злых. В русских заговорах произносится заклятие против «чорта страшного, вихоря буй­ного,.. змея летучаго, огненного». Фантазия древ­него человека, сблизившая вой бури и свист ветров с пением и музыкой, в то же время уподобила быстрый и прихотливый полет облаков и крутя­щихся вихрей — бешеной пляске, несущейся под звуки небесных хоров. Отсюда возникли разнообразные мифические сказания о песнях, игре на му­зыкальных инструментах и пляске грозовых духов, предание о воздушной арфе и верование в чародей­ную силу пения и музыки. Изобретателями музы­кальных инструментов почитались боги, владыки гроз, вьюг и ветров. Музы, в первоначальном сво­ем значении были не более как облачные певицы и танцовщицы. Словаки считают, что человека на­учили песням небесные вихри и шумящие дубравы. 

СУД (Усуд) — божество судьбы. В старинных памятниках слово «суд» прямо употребляется в значении судьбы. Например, в «Слове о полку Игореве» сказано: «Ни хытру, ни горазду, ни птице горазду суда божия не минути». Суд в руках своих держит все благое и гибельное, при­говоров его невозможно избегнуть ни умом, ни хитростью. 

СУДЬБА – женская ипостась Суда, богиня итога жизни. Человек мог сам творить свою судьбу, в отличии от карны – пути предварительно начертанному на небесах. 

СУНЕ (Сурья) — Солнце, божество солнца. Видимо, одно из имен бога Хорса – солнца после летнего солнцестояния, когда можно собирать лечебные травы и готовить лечебные напитки (сурью). «Мы молили Белеса, Отца нашего, чтобы Он пустил в небо коней Сурьи, чтобы Сурья взошла над нами врашать вечные золотые колеса. Ибо она и есть наше Солнце, освещающее дома наши, и пред ним бледен лик очагов в наших домах» (Велесова книга). 

СЫРА-ЗЕМЛЯ МАТЬ — богиня земли или сама Земля, плодородящая мать, супруга Неба. Летнее Небо об­нимает Землю, рассыпает на нее сокровища своих лучей и вод, и Земля становится чреватою и несет плод. Не согретая весенним теплом, ненапоенная дождями, она не в силах ничего произвести. В зим­нюю пору она каменеет от стужи и делается не­плодной. Образ часто использовался в народном творчестве. «Несутся в солнечных лучах сладкие речи бога любви, вечно юного бога Ярилы. «Ох ты гой еси. Мать Сыра Земля! Полюби меня, бога светлого, за любовь твою я украшу тебя синими морями, желтыми песками, зеленой му­равой, цветами алыми, лазоревыми; народишь от меня милых детушек число несметное...» (П.И. Мельников-Печерский. «В лесах»). 


ТРИГЛАВ — главное языческое божество мно­гих племен древних славян, владыка трех царств, трех миров: Прави, Яви, Нави (т.е. воздушного царства, облач­ных подземелий и грозового пекла). У чехов у Триглава — три головы козлиные, что свидетель­ствует за его громоносное значение (козел — жи­вотное, посвященное Тору). В Щецине трехгла­вый идол Триглава стоял на главном из трех холмов и имел на глазах повязку из золота, что связано с причастностью этого божества к гаданиям и пред­сказанием будущего. Согласно различным мифо­логическим традициям в Триглав включали разных богов. В Новгороде IX века Великий Триглав со­стоял из Сварога, Перуна и Свентовита, а ранее (до переселения в новгородские земли западных славян) — из Сварога, Перуна и Велеса. В Кие­ве, видимо, — из Перуна, Дажьбога и Стрибога. Малые Триглавы составлялись из богов, стоящих ниже на иерархической лестнице. В христианстве единобожие отражено в Триглаве (Бог-отец, Бог-сын, Бог–святой дух). 

ТРОЯН — языческое божество, в старинных памятниках о нем упоминают наряду с Перуном, Хорсом и Волосом. Имя Троян образовалось из слова «три», «трое», и весьма вероятно, его тождество с Триглавом. По указанию одного из ва­риантов сербского предания, Троян имел три го­ловы и восковые крылья, и козьи уши, вероятно символизировавшие видение и слышание в трех мирах. «При гаданиях вороного коня Триглава трижды водили через девять копий, положенных на землю. В южнославянской и, возможно, восточнославян­ской традициях треглавый персонаж — Троян» (В.Я. Петрухин). В сербских сказках одна голова Трояна пожирает людей, другая — животных, третья — рыб, что символизирует связь его с тре­мя царствами культом ухода из мира Яви. 

ТУР — воплощение Перуна; «на своих законопротивных соборищах некоего Тура-сатану и прочил богомерзкия скареды измышляюще вспоминаютъ» (Синопсис). Со словом «тур» нераздельны понятия о быстром движении и стреми­тельном напоре. В дальнейшем, производном значении этого слова, «ярый тур» — храбрый, могучий воитель. 


УСЛАД (Ослад) — бог пиршества (от глагола «усладить»); сопутник Лады, богини приятностей и любви; покровитель искусств. «Услад, прельща­ющий воззрением одним...» (М. Херасков. «Владимириада»). Он был почитаем покровителем вся­ких удовольствий и увеселений, бог роскоши, пиров, забав и особенно столовых, яственных услажде­ний. Кумир его, по воле Владимира I, был воз­двигнут, а потом уничтожен в Киеве. «....Сколько ни было в то время университетов, то ни одно­го из оных студента не отвела Лада в царство Чернобогово, а провожал туда беспрестанно Ус­лад. ...лучше, оставя Услада, жертвовать разумно и осторожно Ладе, которая нередко со­ставляет счастье молодых ученых, а Услад — никогда, повергая притом их в презрение и в веч­ную бедность» (М.Д. Чулков. «Пересмешник, или славенские сказки»). 


ФЛИНЦ — бог смерти. Изображали его раз­лично. Иногда представляли его остовом (скелетом), с левого плеча висела у него мантия, а в правой держал он длинный шест, на конце которого находился фа­кел. На левом плече у него сидел лев, который двумя передними лапами упирался в голову, одною же заднею в плечо, а другою в руку остова. Славя­не думали, что этот лев принуждает их к смерти. Другой способ изображать его был такой же, только с тем различием, что представляли его не остовом, а живым телом. 

ФОРТУНА – богиня, жена Портуна, его женская ипостась, покровительница судьбы моряков. 

ХМЕЛЬ — растение и бог; растение, из которо­го приготавливают божественный напиток. «Гла­голю тебе, человече: аз бо есмь хмель... аз бо есмь силен, боле всех плодов земных, от корени есми силного, и многоплодного, и племени вели­кого, а мати моя сотворена богом, а имею у себя ноги комки, а утробу не ожерчиву, а главу есми высоку, а язык многоглаголив, а ум розной, а очи обе имею мрачнии, эавидлив, а сам яз спесив велми, и богат, а руце мои держат землю всю» (древнерусская притча). 

ХОРС (Корша, Коре, Корш) — древнерусское божество солнца и солнечного диска, солнце после осеннего солнцестояния, принимающий эстафету у Даждьбога. Он известен больше всего у юго-восточных славян, где солнце просто царит над всем остальным миром. Не слу­чайно в «Слове о полку Игореве» Хорс упомина­ется именно в связи с югом, с Тмутараканью, где осенью Хорс еще силен. Князь Всеслав, пробираясь ночами в Тмутаракань, «ве­ликому Хорсови волком путь перерыскаше», то есть успевал до восхода солнца. Предполагают, что южный город Корсунь также получил название от этого слова (изначально Хорос или Хорсунь). Хорсу посвя­щены два очень крупных славянских языческих праздника в году (связанные также со Световидом, Ярилой-Яровитом и т.д.) — дни осеннего и зимнего солнцестояния в сентябре (когда с горы к реке обязательно скатывали тележное колесо — солярный знак солнца, символизирующее откат солнца на зиму) и в декабре (когда чествовали новорожденного Коляду, принимающего дела у Хорса и пр.). Некоторые источники ут­верждают, что этот бог был славянским эскула­пом, другие — подобен Бахусу по времени созревания вина нового урожая). Вместе с тем существует точка зрения, согласно которой Хоре связан не с солнцем, а с временным периодом, указанным выше. 


ЧЕРНОБОГ — ужасное божество, начало всех злоключений и пагубных случаев. Чернобог изоб­ражался облаченным в броню. Имея лицо, испол­ненное ярости, он держал в руке копье, готовое к поражению или больше — к нанесению всяких зол. Этому страшному духу приносились в жертву не только кони и пленные, но и нарочно предос­тавленные для этого люди. А как все народные бедствия приписывались ему, то в таковых случаях молились ему для отвращения зла. Обитает Чер­нобог в аду. Вечно сражаются Чернобог и Белобог, победить друг друга не могут, сменяют друг друга день и ночь — олицетворение этих божеств. Гнев Чернобога могут укротить только волхвы. «Шумящ оружием приходит Чернобог; /Сей лютый дух поля кровавые оставил, /Где варварством себя и яростью прославил; /Где были в снедь зверям разбросаны тела; /Между трофея­ми где смерть венцы плела, /Ему коней своих на жертву приносили, /Когда россияне побед себе просили» (М. Херасков. «Владимириада»). 

ЧИСЛОБОГ — бог луны и числового счета. Славяне определяли период Круголета Числобога в 144 года, каждому году соответствовал свой солярный знак. Поселяне выходи­ли встречать новый месяц и обращались к нему с мольбами о счастье, здоровье и урожае. Как с восходом солнца связывались добрые предвещания, а с закатом — худые, так и месяцу придано счастливое значение в период его возрастания и несчастливое — в период ущерба. Умаление луны объяснялось губительным влиянием старости или действием враждебной силы. 

ЧУР (Цур) — древний бог очага, оберегающий границы земельных владений-межей. Его просили о сохранении межей на полях. Слово «чур» и ныне употребляется в значении запрещения. К нему взы­вают во время гаданий, игр и т.д. («Чур меня!»). Чур освящает право собственности («Чур мое!»). Он же определяет количество и качество необхо­димой работы («Через чур!»). Чурка — деревян­ное изображение Чура. Чур — древнее мифичес­кое существо. Чур — одно из древнейших названий, какое давалось домовому (пенату), т.е. пылающему на очаге огню, охранителю родового достояния. Белорусы рассказывают, что у каждого хозяина есть свой Чур — бог, оберегающий границы его поземельных владений; на межах своих участков они насыпают земляные бугры, огораживая их ча­стоколом, и такого бугра никто не посмеет раз­рыть из опасения разгневать божество. 


ЮТРАБОГ — по одним источникам одно из прозваний Белбога, по мнению Френцеля, Ютрабог соответствует Авроре или является ее мужской ипостасью — он производит имя этого бога от слова «утро». 


ЯЖЕ — в польских записях XV в. есть упомина­ние о трех божествах: Ладе, Лели и Яже. Сочета­ние этих трех божеств не лишено логической свя­зи, все они в силу приписываемых им функций связаны с возрастанием солнечного тепла, с сезо­ном сева и созревания: Лада и Леля олицетворяли весенне-летнее процветание природы, а Яже — ту хтоническую силу, без участия которой солнце не могло подняться над горизонтом. 

ЯРИЛО (Яр, Яровит, Руевит) — бог весенних гроз, или само солнце от весеннего до летнего солнцестояния; олицетворяет собою весеннюю оплодотворяющую силу. Он совмещает в себе понятия: весеннего света и теплоты; юной, стремительной, до неистовства возбужденной силы; любовной стра­сти, похотливости и плодородия — понятия, не­разлучные с представлениями весны и ее грозовых явлений и зачина предстоящего урожая. Корень слова «яр» связывался с мужской силой, мужским семенем. В «Слове о полку Игореве» эпитеты яр, буй, тур приставлены к именам самых храбрых князей. Его представляют моло­дым, красивым, разъезжающим по небу на белом коне и в белой мантии; на голове у него венок из весенних полевых цветов, в левой руке держит он горсть ржаных колосьев, ноги босые. Весной справ­ляли «ярилки», которые заканчивались похорона­ми Ярилы. В увещании воронежцам Тихон писал: «Из всех обстоятельств праздника сего видно. что древний некакий был идол называемый име­нем Ярило, который в сих странах за бога почи­таем был... А иные праздник сей... называют игрищем»; далее сообщается, что люди ожидают этот праздник как годовое торжество, одеваются в лучшее платье и предаются бесчинству. Яриле при­надлежит особая роль в сельскохозяйственной об­рядности, особенно весенней. Где Ярило пройдет — будет хороший урожай, на кого посмотрит — у того в сердце разгорается любовь. «Волочился Ярило по всему свету, полю жито родил, людям детей плодил. А где он ногою, там жито коп­ною, а куда он взглянет, там колос зацветает» (народная песня). «Свет и сила. Бог Ярило. Крас­ное Солнце наше! Нет тебя в мире краше» (А.Н. Островский. «Снегурочка»). 

ЯРОВИТ (Геровит) — громовник, поражающий демонов. Как небесный воитель Яровит представ­лялся с бранным щитом, но вместе с тем он был и творец всякого плодородия. Щит Яровита с золо­тыми бляхами на стене святилища в Вольгасте нельзя было сдвигать с места в мирное время; в дни войны щит несли перед войском. Культовый центр Яровита во время праздника в его честь был окружен знаменами. Яровиту был посвящен также весенний праздник плодородия; от лица Яровита жрец, по свидетельству жизнеописания св. Отго­на, произносил следующие слова при священном обряде: «Я бог твой, я тот, который одевает поля муравою и леса листьями: в моей власти плоды нив и деревьев, приплод стад и все, что служит на пользу человека. Все это дарую я чтущим меня и отнимаю у тех, которые от­вращают от меня». 

ЯСМЕНЬ (Ясонь, Хасонь, Ессе)— бог света. Этого бога знали чехи. У них это имя означало «яркий», «красный». Польский историк Длугош называет его Ессе, связывая его с Юпитером. 

ЯССА — божество полянских славян и гертов. Ясса, Поревит и Гров, три божества, которые вхо­дят в состав славянского многобожия, но отличи­тельные свойства и принадлежности которых, рав­но как и образ служения им, трудно описать за недостатком письменных источников или изустных преданий.


  
Яндекс.Метрика   

   
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS